Яндекс.Метрика Личность и творчество знаменитого испанского архитектора вызывают немало неоднозначных оценок и споров
культпоход

Сантьяго Калатрава: творец или коммерсант?

Личность и творчество знаменитого испанского архитектора вызывают немало неоднозначных оценок и споров

Интересно, что творения Сантьяго Калатравы, пожалуй, более узнаваемы, чем он сам. Он не мелькает на телеэкране, о его личной жизни не пишут в сети, его не узнают пассажиры метро… Да-да, не удивляйтесь: архитектор не водит машину и частенько пользуется общественным транспортом. И вообще позиционирует себя не как архитектурного гения, а как труженика и рабочего, который не гонится за сенсациями, а каждый день с восьми утра до восьми вечера отдает себя профессии: «Когда попадаешь в собор Святой Софии в Константинополе, кажется, никаких имен у его создателей и быть не могло. Потому что не может это идеальное пространство быть делом рук человеческих! Вот и архитектор – тот же рабочий. Матисс писал картины каждый день и считал себя ремесленником от живописи. Вот и я бы хотел так же заниматься архитектурой. Кому интересно, как меня зовут? Главное, как я умею строить».



Владея семью языками, Сантьяго Калатрава одинаково органично чувствует себя в пространстве разных стран и континентов. И творения его находят отклик в сердцах представителей разных национальностей. Многим оказывается близок его стиль, который специалисты называют романтическим хай-теком или биотеком. Потрясающая пластика, «подсмотренная» у природы, лаконичность, скульптурность объектов (Калатрава известен еще и как скульптор) – и при этом четкая подчиненность функциям здания, продуманность, скрытая за эпатажным обликом.

Свое мастерство Калатрава оттачивал на вокзалах и мостах. Создав новый тип моста на одной опоре, он вновь и вновь возвращался к этим конструкциям, признаваясь, что никогда не устает от мостов, а воспринимает каждый из них как новое задание из учебника по математике, которое надо решить красиво. И необязательно это решение будет самым простым.


Одним из первых его «мостотворений» стал потрясающий мост Аламильо в Испании, в Севилье: пролет моста удерживают тринадцать тросов с пилоном-противовесом.


Пешеходный мост в Бильбао, мост Женщины в Буэнос-Айресе, длиннейший мост Chords в Иерусалиме, Quattro Ponte через Большой канал Венеции – Калатрава говорит, что построил около трех десятков мостов.



Впрочем, он никогда не боялся пробовать себя и в других типах строений. Так, знаковым его проектом стала телебашня Монжуик в Барселоне, построенная к Летней олимпиаде, которую принимала родина архитектора в 1992 году. С разных ракурсов строение, изображающее атлета с Олимпийским огнем, выглядит абсолютно по-разному. Сегодня без этого летящего отточенного силуэта каталонскую столицу уже трудно себе представить.


Так же стараниями Калатравы обрел свой узнаваемый символ и шведский Мальме. Построенное в 2005 году жилое здание Turning Torso – это вольная архитектурная интерпретация скульптуры Калатравы «Скручивающееся тело». Самое высокое здание Швеции (190 м) состоит из девяти блоков, каждый из которых повернут относительно предыдущего. Такое необычное решение позволило экспертам архитектурной выставки в Каннах в 2005 году назвать дом лучшим жилым строением в мире.




Пожалуй, одним из самых масштабных проектов архитектора стал комплекс Города искусств и наук, созданный в Валенсии вместе с Феликсом Кунделой. Расположенный на осушенном дне реки Турия, он включает пять строений, автором трех из них является Калатрава. Это оперный театр El Palau de les Arts Reina Sofía, вызывающий ассоциацию с огромной рыбой; L'Hemisfèric – кинотеатр и планетарий, поразительно напоминающий глаз человека, а также ажурная Галерея-сад L'Umbracle.


Для США Сантьяго Калатрава стал в первую очередь автором павильона «Квадраччи». Здание с огромными «крыльями» разлетом в 66 м, которые могут открываться и запахиваться в зависимости от погоды. Сегодня штат Висконсин считает павильон одним из своих символов, украсивших берег озера Мичиган.

О творениях испанского архитектора можно рассказывать бесконечно. Но многих удивляет тот факт, что такие несомненные заслуги оказываются зачастую сопряжены с множеством скандалов и небезобидных диспутов, героем которых становится Сантьяго Калатрава.

Главные пункты обвинений – нарушение сроков сдачи, заоблачные сметы и недолговечность построек. Так, после проливных осенних дождей подвалы Оперного театра в Валенсии заливает водой (впрочем, говорят, об такой возможности автор предупреждал еще на стадии разработки эскизов), а с его фасадов облетает мозаика, из-за чего пришлось даже отменить множество спектаклей. И вообще, заплатить 94 миллиона евро автору за его проект, а потом обнаружить, что в зале есть полторы сотни мест, с которых сцену просто-напросто не видно, – не такой уж приятный сюрприз для городских властей.


Калатрава, впрочем, в долгу не остается – узнав, что в Бильбао к его мосту будут строить подъезд по проекту Арата Исодзаки, он выдвинул иск на несколько миллионов, назвав случившееся угрозой интеллектуальной собственности. На что городские власти тут же припомнили архитектору все недостатки, выявившиеся в ходе эксплуатации моста – остекленное покрытие оказалось очень травмоопасным.

Многие вообще задумываются, а так ли нужны постройки Калатравы в том или ином городе? Например, нужен ли был небольшому Иерусалиму, стоящему на неустойчивом грунте, масштабный мост «Струны»?


А уж сколько копий было сломано по поводу строительства моста в Венеции! Мост Конституции было задумано построить в конце 1990-х, уложившись в 4 миллиона евро. Уже тогда многие горожане недоумевали – нельзя ли потратить эту сумму на что-то более важное, нежели строительство еще одного моста вблизи уже существующего Скальци. А увидев проект Калатравы, они просто схватились за головы, – настолько чуждым Венеции оказался этот современный объект.


Мост стал настоящим долгостроем: его открыли только в 2008 году, и то «по-тихому», стараясь не вызвать еще большего возмущения (особенно учитывая тот факт, что в конечном итоге мост обошелся Венеции в 11 млн евро). Проблемы начались почти сразу, когда выяснилось, что крутой подъем не могут одолеть пожилые люди и люди на колясках. Подъемник заработал только в 2013 году, обойдясь властям еще в 1,8 млн. А чередование каменных и стеклянных ступеней с разной высотой стало источником травм для многих горожан и туристов.

Протекающая крыша винодельни в Алаве, аэропорт в Бильбао, не вмещающий пассажиров, рухнувшее здание строящегося конференц-центра в Овьедо – «Гардиан» вообще выдвинула идею, что гораздо проще перечислить те проекты Калатравы, с которыми ничего не случилось.

Однако даже самые ярые противники архитектора всегда признавали: его здания красивы, они создают лицо городов, делают их уникальными.


Оправдывает ли это причиненный ущерб – вопрос спорный. Но попытки Калатравы найти идеальный баланс между функциональностью и художественностью заслуживают, безусловно, всяческого уважения, а его опыт требует всестороннего изучения – хотя бы как материал для «работы над ошибками», на котором будут расти современные архитекторы. А что касается самого Калатравы, он к происходящему относиться достаточно философски, отмечая: «Традиционалисты меня пока не убили, а это не так уж мало».

Фото
nyppagesix.files.wordpress.com, static.tildacdn.com, studfiles.net, s-ec.bstatic.com, i.pinimg.com, im3.turbina.ru, pandotrip.com, followtheflammias.com, photography-defender.com, nikasafronova.com, arcvision.org, chrontime.com, thearchitect.pro, zoolander52.tripod.com, styleinsider.com.ua

Войти в «Архидом»

Войти через соцсети
Еще нет учетной записи?
Регистрация

Забыли пароль?

Если вы забыли пароль, введите Логин или E-Mail.
Контрольная строка для смены пароля, а также ваши регистрационные данные, будут высланы вам по E-Mail.

Ой, этот инструмент еще находится на стадии разработки

Поделиться