Яндекс.Метрика Евгения Миро: Соединяясь с образом – воплощаю его в Жизнь
интервью

Евгения Миро: Соединяясь с образом – воплощаю его в Жизнь

Евгения Миро – уникальный дизайнер, с которым мечтают сотрудничать лучшие мировые бренды, о котором пишут престижные издания, чьи работы находятся в лучших частных коллекциях. Она – настоящий посол русской культуры на Западе, стремящийся средствами современного дизайна передать ее глубочайшие образы и духовную символику.

Евгения Миро убеждена: каждый человек по сути своей творец. Он творит жизнь вокруг себя, и если в основе этого процесса лежит любовь и желание создавать, все складывается наилучшим образом. Так, как сложилось в жизни самой Евгении, – потрясающей, тонкой, одухотворенной художницы, которая щедро делится с нами теми сказочными образами, которые наполняют ее душу.

С чего вы начинали? Какая база позволила вам взять высоту, которую ни брал, пожалуй, ни один русский художник?

Изначально огромное влияние оказала на меня мама – Лариса Доля, инженер-конструктор космических кораблей, которая потрясающе любила искусство: у нее было великолепное лирическое сопрано – выступала с хором… Она отлично знала английский язык, поэтому я училась в английской школе, где и родилась любовь к поэзии благодаря школьному литературному клубу им. Лермонтова. И мы каждый год отправлялись в поездку по лермонтовским местам.


У меня с пятого класса была расписана каждая секунда. Я занималась серьезно настольным теннисом, восемь лет играла за сборную Украины и стала мастером спорта. Еще мне нравилась биология, и я собиралась поступать в Университет на биофак. Но мама сказала: «Только после окончания художественного училища!».

Должна отметить, что художественное образование в России стоит на самом высоком уровне в мире. Я окончила художественную школу и училище в Харькове, где меня научили трем важнейшим вещам. Первое – я снимаю шляпу перед любым человеком искусства, у меня нет желания оценивать работы других художников, хорошо это или плохо, ведь у всех свой путь. Второе – основы композиции мне дали буквально одной фразой: «Иди и наблюдай природу». Ведь у моря не растут деревья, а в лесу нет морской волны. Любая стилистика – это пластика природы. И третье – любой труд рано или поздно приносит свой результат.

Пожалуй, истинная любовь к рисованию зародилась именно в училище. И когда после его окончания меня пригласили поступать сразу в три вуза, я выбрала самый трудный путь – поехать в Петербург. Когда я поступила в Академию прикладного искусства им. Штиглица, тогда Мухинское училище, преподаватели отметили, что я необычно вижу цвет, что мне надо заниматься живописью и что я умею нестандартно подавать свои проекты. И уже с третьего курса я помогала дипломникам оформлять проекты, на которые приходила посмотреть вся академия. По посещаемости я не относилась к лучшим студентам, но училась на отлично: спасала спортивная закалка – собраться в нужный момент.


Как началось ваше сотрудничество с Домом Hermès?

После получения диплома Академии Художеств в Петербурге я уехала в Лондон, где и прожила четыре года. Там все складывалось просто идеально. В галерее первой и второй зоны выставлялись мои платки, выполненные в технике батик. Наверное, я сделала их около тысячи. Даже не успевала их фотографировать: ночью расписывала, они тут же выставлялись и покупались...

И как-то мой друг Юрий Степанов повел меня на Бонд-стрит. Мы просто заходили в бутики и показывали мои работы. Так, например, в ювелирном салоне Mikimoto тогда оказался вице-президент компании, и он сразу сделал заказ на сто платков.

Несколько платков я оставила и в бутике Hermès. Вернули мне их вместе с рекомендательным письмом в парижский офис компании. Но оно потерялось, а обратиться напрямую я постеснялась…

Моим ангелом-хранителем выступила Ирина Педько, директор московского бутика Hermès. Через три года, будучи в Москве, я рассказала ей эту историю, и она отвезла мои работы, которые ей очень понравились, в Париж. И как определила жизнь – нужно было подождать... А вот через год, в очередной раз приехав в Москву, я набрала ее номер и услышала: «Евгения, чтобы через час была в бутике!».

И я познакомилась с представителями дома Hermès, и все мгновенно закрутилось: меня пригласили на первую встречу с главой Дома Пьером-Алексис Дюма и дали задание “нарисовать Россию в эскизах 25 х25 см”. Наша встреча длилась два с половиной часа, что, конечно, просто феноменально, учитывая занятость этого человека.

В итоге я получила заказ на 15 дизайнов: браслеты, фарфор, платки… При том, что я никогда раньше не рисовала ни фарфор, ни дизайны для ювелирной продукции, это было не простое задание. Помню, первую тарелку я нарисовала буквально одной линией сразу же… Темой для первой коллекции стали Дягилевские сезоны, которые абстрактно воссоздавали образ русского театра.

Через два месяца я сдала все дизайны, но оказалось, что настоящая работа над дизайном только начинается. Теперь предстояло эскизы перевести в оригинал. И полтора месяца мне пришлось спать по три часа в сутки, чтобы успеть, но первая коллекция была выпущена и имела огромный успех.

Мне очень приятно, что в 2006 году Hermès приняли мою идею – создать платок с национальным алфавитом. Прежде они выпускали платок с алфавитом, но в виде животных, а изображения букв, в основе которых лежит национальная культура, никогда прежде не использовались. Позже, в 2009 году, появились еще каре «Забавушка» и коллекция “ Ballets russes”.


Сначала меня огорчало, что все компании, с которыми я сотрудничала, видели во мне только художницу русской культуры. Но потом поняла – это Божий промысел и возможность рассказать миру об истинной русской культуре, которую на западе практически не знают: не балалаечно-матрешечную, а настоящую, глубокую, безграничную.

Я очень много значения придаю духовной символике, и для себя нашла определение этому духу русской культуры: это слово «сказочность». Эту сказочность я пытаюсь передать, трансформируя русскую культуру в современном дизайне для многих европейских компаний: для Emaux de Longwy создала керамическую коллекцию, вместе с J.Seignolles выпустила небольшой сервиз «Petrouchka», для компании Serdaneli сделала фарфоровую часть коллекции Vassilissa, была и интересная работа для Pierre Frey по теме русского театра.


Чему вас научило сотрудничество с таким брендом, как Дом Hermès?

В Hermès я получила колоссальный опыт, понимание того, что каждый миллиметр в работе имеет огромное значение. И то, что я постигла в работе над созданием коллекций для этого бренда, я теперь перевожу абсолютно во все мои рабочие моменты. А еще это дало мне бесстрашие – теперь я могу работать с любым направлением, будь то браслет шириной 6 мм или панно размером 3 на 5 метров. Самым главным все равно остается пластика и умение чувствовать ритм.


В итоге колобораций с французскими брендами я перебралась в Париж – центр мировой культуры, где потрясающая атмосфера. Не могу не рассказать об Андрее Берге, французском фотографе русского происхождения, который работал с лучшими журналами Penthouse, Vogue, Lui, Playboy, Photo Magazine, Photo Reporter и который является автором книг и альбомов. Именно он научил меня пониманию современного дизайна. И лучшие мои фото-портреты и фото моих дизайнов – это Andrè Berg. Классическое воспитание мне дала Россия, Мухинка дала свободу рисовать все что угодно. А способность легко и быстро впитывать современный дизайн пришла именно в Париже.


В чем, как вам кажется, главное отличие российских и западных дизайнеров?

В России не хватает ответственности за свою работу. Причем до революции она существовала в полной мере. Когда я в Петербурге сдавала проект для Императорского фарфорового завода, я побывала в музее Фаберже - это удивительная красота! Сегодня в России все больше времени тратится на пафосность, саморекламу и самопиар. В том же Доме Hermès везде царит дисциплина, люди умеют работать в команде, они заточены на результат, причем каждый имеет свое поле ответственности и не заходит на территорию другого. У нас же пока культура сотрудничества отсутствует.

Кроме того, в нашей стране нет программ, которые бы поддерживали молодых дизайнеров. Простой пример: когда Дягилев создавал свои русские сезоны, Коко Шанель, понимая, что такое истинная красота, вложила в них колоссальные средства. И весь мир узнал, что такое русский балет. Или другой пример, ближе к сфере дизайна: Джулио Каппеллини на первой Moscow Design Week не стал выделять никого из молодых российских дизайнеров, а пригласил всех показать свои работы в Милане. В России же отношение к этой сфере другое. Помню, я проходила преддипломную практику на Московском ткацком комбинате. Это было потрясающее производство, которое, например, занималось жаккардовыми тканями, позволяющими из нитей двух цветов получить до десяти оттенков. А потом оказалось, что помещение фабрики выкупили, и она просто перестала существовать...

Как рождается новый дизайн?

DSCN1825 2-min.JPG

Пожалуй, его рождение начинается с погружения в образ, в мир наблюдений, внутрь себя. Вот японская культура, которую я очень хорошо знаю и люблю: рука мастера полгода ни к чему не прикасается, чтобы потом произвести на свет один иероглиф, соединив руку, кисть, лист, душу… Или Андрей Рублев – три месяца он не мог приступить к работе и ушел в затворничество, чтобы обрести в сердце любовь к миру, без которой не создашь ничего прекрасного. Но зато произведение, созданное с любовью, становится больше самого себя.

Учась в Академии, я делала копию одной из шпалер в Эрмитаже. И это такое мощное произведение! На одной шпалере можно научить любого студента основам композиции. Когда знаешь, что в день можно было выткать лишь полтора квадратных сантиметра полотна, начинаешь понимать, что весь мир – на кончиках пальцев. Он буквально распадается на цветные точки, и каждую из них нужно создавать с полным осознанием и любовью к тому, что ты делаешь.

И, конечно, меня вдохновляет природа. Еще во время учебы я никогда не бросалась сразу выполнять задание. Шла гулять по Питеру, рассматривала архитектонику зданий – это же чудо стилистики и композиции… Так же и сейчас. Например, получив совершенно новое для себя задание – создать дизайн часов, я отправилась бродить по Парижу, ведь даже тень способна дать идею для часовых стрелок. И в итоге вместо трех запланированных дизайнов я выслала 55 вариантов циферблатов... Ритм природы может очень многое подсказать, если ты смотришь с восхищением на Мир и с желанием найти гармонию, для воплощения ее в создаваемом тобой предмете.

Сейчас я работаю над коллекцией «Разнотравье» для Императорского фарфорового завода, и, как только появляется свободная минутка, иду в парки, рисую… А в общем – ты никогда не знаешь, как будет создаваться дизайн. Просто проникаешь в образ, следуя тому, куда он тебя поведет. В этой свободе рождается то, что никогда не придумаешь «от головы».

Войти в «Архидом»

Войти через соцсети
Еще нет учетной записи?
Регистрация

Забыли пароль?

Если вы забыли пароль, введите Логин или E-Mail.
Контрольная строка для смены пароля, а также ваши регистрационные данные, будут высланы вам по E-Mail.

Ой, этот инструмент еще находится на стадии разработки

Поделиться