Имена

Кишо Курокава. Архитектура «эпохи жизни»

Вам понравился материал? Поблагодарить легко! Будем весьма признательны, если поделитесь этой статьей в социальных сетях.
Если вы услышите такие словосочетания, как философия симбиоза, архитектура, основанная на клеточных модулях, метаболические сооружения, – не спешите пугаться: это очень интересно. Автор этих идей – Кишо Курокава, настоящая живая легенда Японии.
Семидесятидвухлетний архитектор и философ, написавший недавно свою сотую по счету книгу, собравший за всю жизнь огромное количество наград и титулов по всему миру, построивший здания почти на всех континентах, мог бы давно почивать на лаврах, но он не привык отдыхать и до сих пор молод духом.
 
Господин Кишо Курокава
В настоящее время в Санкт-Петербурге архитектор ведет строительство нового стадиона для футбольного клуба «Зенит» и смог побеседовать с корреспондентом «Архидома».
 
Господин Курокава, что произвело на Вас в жизни самое сильное впечатление как на архитектора?
Кишо Курокава: После Второй мировой войны, когда мы с семьей вернулись в мой родной город Нагоя, на его месте мы нашли одни руины. И мой отец, будучи архитектором, произнес фразу: «С этих пор моя обязанность как архитектора заново построить город». Мне тогда было около восьми лет.
 
Ваше будущее как архитектора предрешилось в столь юном возрасте, а когда Вы осознали себя философом?
К.К.: В школьные годы я впервые открыл для себя буддистскую мудрость о сосуществовании противоположностей и, в конечном итоге, их слиянии в единое целое. Это как раз то, что так сильно отличается от философии дуализма, олицетворяющей всю западную культуру. Однако прежде, чем я решил стать архитектором, меня интересовала биология, в частности концепция симбиоза, означающая плодотворную взаимозависимость двух живых существ. Это важный жизненный принцип. Современный мир становится все сложнее: смешиваются страны, национальности, традиции, имеющие ту неповторимую идентичность, которую непременно надо сохранить. Эта ситуация должна найти выражение в архитектуре посредством симбиоза общей, глобальной, и локальной культур.
 
Музей Flower Hill, Хара, Япония, 1999 г.
В далеком 1960 году Вы взяли еще одно слово из биологии, которым назвали свою группу молодых архитекторов, – метаболизм. Что это такое?
К.К.: Метаболизм – это принцип динамично растущих и развивающихся систем, таких, какими являются, в частности, и современные города. Город рассматривается как живой организм со всеми свойственными организму процессами. Его можно разделить на постоянные и временные элементы – живые клетки, которые меняются с течением времени, с одной стороны, и кости – с другой. Это может быть понятно на примере, когда трубопровод и техническое оснащение здания существуют автономно от его основной структуры, с тем чтобы их можно было периодически обновлять, продлевая таким образом жизнь всему зданию целиком. Хороший образец – башня Накагин в Токио, состоящая из отдельных капсул или ячеек.
 
Международный аэропорт в Куала Лумпуре, Малайзия, 1998 г.
А какое здание может послужить самым ярким примером воплощения вашей философии симбиоза?
К.К.: Прежде всего, симбиоз и метаболизм для меня это неразрывное целое. Архитектура международного аэропорта в Куала Лумпуре основана на клеточных модулях. Заказчик попросил меня объединить в одном здании национальные особенности с глобальными тенденциями строительства. В результате в центре ультрасовременного здания аэропорта появился островок тропического леса. Другой задачей было сохранение «исламских» характерных признаков в контексте современной международной архитектуры, и я, как бы незаметно, использовал изгибы, присущие архитектуре мечетей. Архитектурная энергия, как и энергия других видов искусства, рождается именно от напряженного диалога, от соприкосновения противоположностей.
 
Какова, на Ваш взгляд, основная проблема современной архитектуры?
К.К.: Я не устаю критиковать формализм, когда архитектура становится просто формой, пустой оболочкой без какой-либо идеи или философии, стоящей за ней. Архитектура уподобилась дизайну и всей этой модной индустрии, а ведь самое главное в ней – философия.
 
Офисное здание Spazio Brera Ginza, Токио, Япония, 2005 г.
В чем заключается основная миссия архитектора относительно общества, для которого он творит?
К.К.: Задача архитектора – думать и предугадывать то, что будет нужно людям в будущем. В 1958 году я написал статью «От эпохи машин к эпохе жизни». «Эпоха машин» это время глобальных мировых стандартов, массового производства, мира, ориентированного на экономику и технологии. «Эпоха жизни» подразумевает архитектуру метаболизма и философию симбиоза – сосуществование различных культур на фоне той общей, в которой мы все живем. По сей день главным для меня остается – изменить общество, заставить его совершить переход от одной эпохи к другой. Это было бы настоящей революцией.
 
В прошлом году по инициативе правительства Японии был основан национальный центр по изучению философии симбиоза Кишо Курокавы. Кем Вы все-таки считаете себя в первую очередь, философом или архитектором?
К.К.: Архитектура материальна, и потому мы не можем поддерживать ее существование вечно. Она может прослужить одну или пять сотен лет, но рано или поздно она исчезнет, как исчез когда-то Рим. Ничто материальное не вечно. Найдут ли мои идеи воплощение в архитектуре или нет, для меня не самое основное, главное, чтобы основа философской мысли стала по-настоящему важной для человечества, мысли, которая могла бы развиваться из поколения в поколение, ведь философия вечна.

На других снимках:

Музей динозавров, Фукуи, Япония, 2000 г. и Стадион в городе Оита, Япония, 2001 г.

 

Интервью подготовила Ксения Егорова

© Журнал АРХИДОМ, # 67

Вам понравился материал? Поблагодарить легко! Будем весьма признательны, если поделитесь этой статьей в социальных сетях.
Имена
На связи!
Хотите получить ещё больше информации?
Нет ничего проще!
Звоните по телефону:+7(495)517-5335

НОВИНКИ: Красивый
частный интерьер (605)
, Общественные интерьеры (216)